как можно использовать опыт 20 летнего русского молодого человека справившегося с компьютерной игровой зависимостью живущего в настоящее время в португалии и владеющего английским языком
Да. И я бы здесь не начинал с поиска “клиник игровой зависимости”. Гораздо эффективнее искать людей, которые исследуют gaming disorder, behavioral addictions, digital wellbeing, peer support и lived experience. Для исследователя такой человек может быть не пациентом, а очень интересным источником качественных данных.
Это особенно актуально сейчас: gaming disorder входит в ICD-11, а исследователи прямо отмечают необходимость лучше понимать реальный опыт людей, которые обращаются за помощью.
Кому конкретно может быть интересен такой опыт
1. Университетским исследователям
Это, вероятно, самый перспективный первый контакт.
Искать нужно по ключевым словам:
-
gaming disorder researcher -
problematic gaming researcher -
gaming addiction qualitative research -
gaming disorder lived experience -
behavioral addiction researcher -
digital wellbeing researcher -
gaming disorder recovery -
peer support gaming disorder
Особенно интересны исследователи, которые проводят qualitative research — интервью с людьми об их реальном опыте.
Например, существует проект Ontological Reconstruction of Gaming Disorder (ORE) при University of Jyväskylä, который специально изучает, что люди на самом деле переживают при проблемном gaming, используя глубинные интервью и дневники. Проект прямо приглашает международных collaborators.
Это практически идеальное направление для человека с описанным вами опытом.
2. Специалистам в Португалии
Здесь есть особенно интересная возможность.
Я нашёл португальскую исследовательскую группу Universidade Católica Portuguesa, которая занимается:
technological addictions, internet addiction, gaming disorder, addictive use of social media, internet-based interventions and therapies.
То есть тематика непосредственно совпадает.
Кроме того, в Португалии уже ведутся исследования gaming addiction: например, исследователи из Instituto Superior Miguel Torga и University of Coimbra в 2024 году публиковали работу по португальской версии Game Addiction Scale.
Ещё более интересный контакт — ICAD (Instituto para os Comportamentos Aditivos e as Dependências). В 2026 году они проводили специальное обучение специалистов по цифровому миру, problematic internet use, экранному поведению и gaming disorder; среди преподавателей были исследователи и психиатры, работающие непосредственно с gaming.
То есть в Португалии уже существует профессиональная экосистема, в которую можно попытаться войти.
3. Психологам и психиатрам, которые лечат gaming disorder
Здесь предложение должно звучать не:
«Я хочу работать психологом».
а:
«Я молодой человек, который много лет имел серьёзную проблему с gaming, самостоятельно прошёл восстановление и хотел бы поделиться lived experience с исследователями/специалистами или участвовать в образовательных и peer-support проектах».
Это совершенно другая позиция.
У специалиста может возникнуть интерес к:
- интервью;
- исследованию recovery;
- разработке профилактических материалов;
- группам поддержки;
- образовательным мероприятиям;
- пониманию того, почему молодые мужчины не обращаются за помощью.
4. Людям, занимающимся peer support
Это направление я бы особенно не недооценивал.
Lived experience — это профессионально используемый термин для человека, который сам прошёл через проблему.
И это не просто красивая идея: исследования peer-support показывают интерес профессионального сообщества к интеграции людей с lived experience в системы помощи. Например, свежая работа 2026 года изучала взаимодействие людей с lived experience и профессиональных сервисов именно в контексте онлайн peer support.
Для gaming disorder аналогичная модель ещё менее развита — а значит, потенциально есть свободное пространство.
Как я бы реально искал таких людей
Не искать:
«специалист по игровой зависимости»
а построить базу из 50–100 исследователей.
Шаг 1. Google Scholar / PubMed
Искать:
"gaming disorder" "lived experience"
"gaming disorder" recovery
"problematic gaming" qualitative
"gaming disorder" interview
"gaming addiction" young men
"gaming disorder" peer support
Открывать статьи и смотреть имена авторов.
Это намного эффективнее обычного Google-поиска клиник.
Например, в свежем обзоре 2025 года по gaming disorder среди авторов есть Alessandro Musetti, Georgios Floros, Matteo Chiappedi и Vasileios Stavropoulos — это уже готовая карта исследовательского поля.
А у Halley Pontes из Birkbeck University of London профиль прямо связан с behavioral addictions и problematic technology use, включая gaming disorder.
Шаг 2. Смотреть не только авторов, но и их университеты
После нахождения исследователя искать:
Name + university + email
И писать непосредственно ему.
Причём не просить работу.
Это важно.
Первое письмо должно предлагать ценность для исследования:
«I have a lived experience of severe gaming addiction and recovery, and I would be interested in contributing to research through an interview, consultation, or peer perspective.»
Для исследователя это намного интереснее, чем:
«Can you give me a job?»
Шаг 3. LinkedIn
Искать:
Gaming Disorder Researcher
Behavioral Addiction Researcher
Digital Wellbeing Researcher
Addiction Psychology
Gaming Addiction
Problematic Gaming
И затем фильтровать по:
UK / Portugal / Netherlands / Finland / Germany / Switzerland / Australia / USA
Английский здесь становится очень серьёзным преимуществом.
И есть ещё более сильный подход
Я бы не продавал специалистам “20 летний парень, который бросил игры”.
Я бы сформулировал это как:
Young adult with lived experience of severe gaming problems and successful recovery, fluent in English and Russian, currently living in Portugal, available for research interviews, qualitative studies, peer-support development and lived-experience consultation.
Это уже выглядит как конкретный исследовательский ресурс.
Причём я бы подготовил для него одностраничный “Lived Experience Profile”:
Background
- возраст;
- страны/языки;
- сколько лет продолжалась проблема;
- какие игры;
- сколько времени занимали игры;
- какие последствия были;
- что стало переломным моментом.
Recovery
- каким образом прекратил/сократил gaming;
- сколько времени прошло;
- что помогло;
- какие были рецидивы;
- что изменилось после восстановления.
What he can offer
- 60–90 минут глубинного интервью;
- участие в qualitative research;
- feedback на программы помощи;
- peer-support;
- выступление перед студентами/родителями;
- помощь в создании англоязычных материалов.
Languages
- Russian
- English
- Portuguese — если владеет.
Такой документ можно отправлять исследователям вместе с коротким письмом.
И я вижу здесь очень конкретную возможность
Поскольку человек находится в Португалии + говорит по-английски + является молодым мужчиной + имеет реальный опыт восстановления, я бы сначала целился именно в Португалию и европейские университетские исследовательские группы, а уже потом расширял поиск на UK и США.
В Португалии уже есть исследователи и организации, непосредственно работающие с digital addictions и gaming disorder.
Если хотите, я могу следующим сообщением сделать более практическую вещь: найти 15–20 конкретных исследователей/организаций в Португалии, Испании, Великобритании и других странах Европы, которым потенциально можно написать, указать их специализацию и где найти их рабочий email/профиль.
Комментариев нет:
Отправить комментарий